Комедия на смерть поэта

Мытищинский театр «ФЭСТ» показал премьеру героической комедии «Сирано де Бержерак» по пьесе Эдмона Ростана. Режиссёр — Рената Соти Риади, художник-постановщик — Ирина Титоренко, в главной роли — заслуженный артист России Дмитрий Полянский.

Начнём с предыстории. Вот что рассказал о том, как рождался этот проект, художественный руководитель театра «ФЭСТ» Игорь Шаповалов:

— Вокруг этого материала ходили давно, были режиссёры, предлагавшие ставить «Сирано де Бержерака» в «ФЭСТе», были артисты, очень хотевшие сыграть эту бенефисную роль. Признаюсь, что Дмитрий Полянский, которого мы увидим в спектакле, далеко не первый кандидат. Я отказывался от постановки по причине сложносочинённости этой пьесы. У Ростана она частично составлена из сцен, которые понятны современному зрителю и составляют некую романтическую историю, в которой главный герой являет образец отношения к долгу, к чести, к боевым товарищам, к женщине. При этом оставаясь изрядным хулиганом и безобразником.

Но есть и вторая часть — сцены в кондитерской Рагно и в театре, на мой взгляд, очень сложные: видимо, в конце позапрошлого века писались Ростаном под определённым углом политической ситуации. Коллизии этих сцен были близки и понятны зрителям той эпохи, они написаны «на злобу дня» и за счёт этого вызывали смех в зале.

Большинство театров, где ставят «Сирано», сильно сокращают эти сцены, а иногда и вовсе изымают их из контекста. И без сатирической составляющей получается очень странная ситуация. Мы видим, что тонкий и благородный человек, поэт подчас ведёт себя просто по-хамски, совершая немотивированные поступки. Срывает спектакль в театре, ни за что ни про что затевает посреди улицы дуэль и наносит серьёзную рану сопернику. Рената Соти Риади предложила трактовку этих сцен в современном звучании. И это большой риск — поймёт ли зал, ведь язык-то остался ростановский?

Ответ на этот вопрос можно получить только после встречи со зрителем. Сыграны премьерные спектакли: пожалуй, можно выдохнуть и признать, что затея удалась. Во всяком случае, в части современного звучания, о котором говорит худрук «ФЭСТа». Ничто не ново под Луной, и пошлость, осмеянная драматургом XIX века, в веке XXI сменила только костюм и повадки. Бездарный трагик Монфлери подался в шоу-бизнес, жеманные маркизы превратились в не менее нелепых метроссксуалов (хорошо, что фэстовский молодняк не поддался искушению слишком сильно пропедалировать набившую оскомину «голубую» тему). «Это наше шоу!» — кричит народ, приветствуя своего кумира. Звезду играет Игорь Бондаренко, умудрившийся соединить воедино черты ВСЕХ супермегазвёзд российской эстрады из скандально известного новогоднего «Огонька». Узнавание, смех и аплодисменты! И это — практически в самом начале спектакля, ещё до появления главного героя.

Значит, поняли, восприняли и заранее посочувствовали Сирано де Бержераку, который, как любой поэт, испытывает от пошлости и велеречивой глупости физическую боль. Критически настроенные зрители нередко припоминают «ФЭСТу» агитбригадовскос прошлое — в негативном смысле, мол, где агитбригада и где высокое искусство. На сей раз умение играть «на злобу дня», если хотите — обличать и агитировать, помогло решить весьма сложную задачу. Театр повзрослел и научился использовать все свои сильные стороны, а ещё — пополнился целой когортой интересных молодых артистов, которым клоунада вполне по возрасту и по драйву.

Совершенно замечательные из них получились гвардейцы — гасконцы: то ли дикая дивизия,
то ли реальные пацаны, у которых адреналин ещё не скоро перебродит и кулаки чешутся. В общем, горцы: у гасконцев Пиренеи, у нас Кавказ, разница невелика. Лихо отпели и отплясали то, что в классических постановках «Сирано» именуется красивым словом «триолет», сорвав бурные аплодисменты зала. Дело в том, что чаще всего постановщики пьесы Ростана, выбрав для спектакля более точный и «мужской» перевод Соловьёва, пресловутый триолет берут у Щепкиной-Куперник. У всех на слуху: «Дорогу гвардейцам гасконским, мы дети одной стороны…» А в «ФЭСТе» и вовсе нашли революционное решение: не Соловьёв и по Щепкина-Купсрник, а сами и заново. Оригинальный перевод «визитки» гасконцев сделал молодой артист Филипп Ефимов.

Овчинка стоила выделки, потому что принадлежность главного героя к «гасконской стороне» принципиально важна для этого спектакля. Сирано — «понаехавший», и не то что этого не скрывает, а, напротив, гордится тем, что не имеет ничего общего со столичной псевдоэлитой. Из Бержерака мы! Кстати, реальный прототип главного героя носил фамилию Сирано, а вторую часть, «де Бержерак», присоединил к ней по собственной воле. Каким-то непостижимым образом в герое Дмитрия Полянского прослеживается связь с Чацким из «Горя от ума»: оба позволяют себе роскошь быть не такими, как все, и оба за это расплачиваются достаточно жестоко.

Будущих зрителей, которым такая литературная ассоциация может показаться слишком смелой, хочу предупредить: то ли ещё будет! Будут вставные авторские зонги и тексты Владимира Высоцкого, стихи Есенина и Шевчука из уст брутальных гасконцев… и много чего ещё. На сцене вы увидите практически всю труппу театра, и каждый, кроме главных героев, исполнит по нескольку ролей. Среди солистов хотелось бы отметить Фарита Халяпова в роли кондитера Рагно. Этот странноватый персонаж важен не только и не столько для развития сюжета, как для создания атмосферы спектакля: нечто вроде домового или ангела-хранителя парижских поэтов. Не менее важна и эпизодическая роль поэта Линьера, которую очень точно исполнил Сергей Хапров — единственная родная (пусть и вечно пьяная) душа для Сирано. Роксана, воплощённая Анастасией Москвиной, получилась достойной кузиной главного героя: смелая, остроумная, ищущая острых ощущений. Очень современная.

Эдмону Ростану посчастливилось создать один из вечных сюжетов, который каждое время стремится присвоить себе. В знаменитой предвоенной постановке Ленинградского театра имени Ленинского комсомола Сирано напоминал Маяковского — об этом говорил режиссер спектакля Владимир Соловьёв. В финале мытищинской версии 2017 года звучат известные строки Владимира Высоцкого «Я не люблю, когда стреляют в спину…» Можно принимать такой финал или считать его спорным. Но бесспорна актуальность темы жизни и смерти поэта в сегодняшнем мире. Или, если угодно, — поэтов как класса. Героическая комедия «ФЭСТа» — это как порция «капель датского короля»: если правду прокричать вам мешает кашель….

Анна Горбачева
«Родники» №20 от 11-02-2017 г.

Комментарии закрыты