Театр драмы и комедии «Фэст»: мечты сбываются

Мытищи. Театр драмы и комедии «ФЭСТ». Открытие театрального сезона. Премьера спектакля «Свои люди — сочтемся!». В зале аншлаг. Но важно не это. Важен особый внутренний свет, которым пронизано все в театре: от билетного столика до театральных подмостков. Здесь чувствуешь себя как дома.

Наш собеседник — художественный руководитель и главный режиссер театра «ФЭСТ», заслуженный артист России Игорь Шаповалов.

– Игорь Александрович, можно ли по премьере судить о том, каким будет будущий театральный сезон?

– Помните «Иронию судьбы»: как встретишь новый год, так его и проведешь. Видимо, на театр этот закон тоже распространяется, а потому у нас есть все основания для оптимизма.

– В жизни театра были моменты, когда на спектакль приходило 15-20 человек. А потом вдруг начались аншлаги. Как это произошло?

– Наверное, и первоначальной пустоте в зале, рассчитанном на 650 мест, и последовавшим за ней аншлагам были объективные причины. Если помните, в середине 80-х годов начался настоящий бум студийного движения, когда многие любительские театральные студии начали регистрироваться как театр. Также поступили и мы — студенты факультета электроники и системотехники, сокращенно — «ФЭСТ». Но одно дело — зарегистрировать свой театр, а другое — выжить. Ведь очень многие подмосковные зрители до сих пор думают так: чтобы посмотреть хороший спектакль, надо ехать в Москву. А что можно увидеть хорошего в каком-то самодеятельном мытищинском театре? То, что мы впоследствии стали выпускниками Щепкинского театрального училища, т.е. профессиональными актерами, само по себе к нам также зрителя не приводило. А средств на раскрутку у нас, разумеется, не было. Нам оставалось одно — рассчитывать на слухи. Тогда, в конце 80-х — начале 90-х годов, мы приняли решение: сколько бы ни было человек в зале, мы будем обязательно играть, выкладываясь по полной программе. К тому же мы с самого начала очень придирчиво относились к репертуару: он должен быть не заумно-лабораторным, а понятным простому зрителю. Это не значит, что мы подстраивались под зрителя; речь идет о хороших пьесах, хороших авторах, которые должны были звучать с нашей сцены. Бывает, что удача приходит оттуда, откуда ее совсем не ждешь. В каком-то смысле так было и с нами. В репертуаре театра есть детские спектакли. Мы их с самого начала ставили по такому принципу, чтобы они были интересны и взрослым, которые приводят к нам своих ребят. И вот родители, посмотрев детские спектакли, говорили: «Какой хороший театр, а что у вас есть для взрослых?». С другой стороны, дети, подрастая, приводили к нам уже своих детей. Так мы обрели своего зрителя. В общем, аншлаги в зале — это результат не какого-то умелого рекламного трюка, а долгого труда и заработанной репутации.

– Бывает, что приходишь в какой-нибудь известный театр, а уходишь с чувством, что зрителя пригласили посмотреть не спектакль, а спецэффекты: крутящиеся сцены, лазерный свет и проч. А в муниципальных театрах на эти технические «навороты» просто нет средств: спектакль существует только за счет актерской игры. Так может, муниципальные театры и должны обходиться без всего этого, чтобы сохранить сущность театра, его нутро?

– Об этом очень хорошо сказал в свое время замечательный театральный режиссер Алексей Попов. Он считал, что самое главное — это художественная целостность спектакля, сбалансированность всех его составляющих. Говоря современным языком, лазерный свет не должен закрывать собой актерской игры. Ведь главное, ради чего идут люди в театр, — посмотреть, как актеры передают душу пьесы. Никакой спецэффект этого не сделает. Другое дело, что он может в какой-то мере воздействовать на зрительный зал. Но главное «блюдо» в спектакле — это актер, все остальное — гарнир, не более. Но этот гарнир, разумеется, в театрах должен быть.

– Вы однажды сказали, что «можно построить театр, не имея за плечами ничего, кроме юношеского романтизма и огромного желания стать профессионалами». И построили. А сейчас вы бы смогли начать все с нуля?

– Конечно, для красного словца можно было бы рвануть на себе рубаху и сказать: «Да, конечно, служу великому искусству!» и проч. Но на самом деле нет. Это мы по юношеской неопытности, по юношескому максимализму отправились в плавание, о котором понятия не имели. Это почти то же самое, что на утлой лодчонке попытаться доплыть до Америки. Мы доплыли — с Божьей помощью. Бог послал нам просто удивительных людей. К примеру, мы были первым курсом в истории театрального образования России, которому разрешили целиком поступить на один курс к одному мастеру. Я уже говорил, что изначально мы не были профессиональными актерами. И вот в июне 1990 года мы поступили в театральное училище Щепкина к замечательному педагогу — Семену Аркадьевичу Баркану. И то, что мы сумели выжить в то время, когда многие театры просто закрывались, — это тоже чудо. Повторю, что одна из составляющих этого чуда — люди, которые в нас верили и нам помогали. Конечно, сейчас, с нашим опытом и знаниями мы бы вряд ли решились начать все с нуля. Но если бы мы были молоды… И в наше прагматичное время есть место безумиям. Без них жизнь была бы неинтересна.

– Недавно вышел Федеральный закон, отменяющий государственную поддержку районных (городских) газет. Если вдруг такое случится с муниципальными театрами, смогут ли они выжить самостоятельно?

– Судя по тому историческому прошлому, которое нас всех объединяет, в нашей стране может быть все. Думаю, что если пустить малые средства массовой информации на вольные хлеба, то кто-то не выживет, кто-то «пожелтеет»… Для театра же это будет катастрофа. Любая серьезная, думающая о своей культуре страна огромные деньги расходует на поддержку театрального искусства. В противном случае театры будут вынуждены поднять цены на билеты, потеряв тем самым большую часть зрителей. К счастью, в Подмосковье сложилась благоприятная ситуация для развития театрального искусства. Так, если раньше театры из областного бюджета финансировались по статье «прочее, разное», то за последние годы — отдельной строкой как равноправные учреждения культуры. А такой подход существует далеко не во всех регионах. Кроме того, руководством области было решено все деньги, которые зарабатывает театр от продажи билетов, направлять не в областной бюджет (это общепринятое правило), а оставлять театру на материально-техническое развитие. Таким образом, театр во многом сам себя обеспечивает. Я считаю, это очень мудрая политика. Конечно, не все проблемы еще решены. Например, у нас очень тяжелая ситуация с производственными цехами: в том смысле, что их просто нет. А потому все декорации, реквизит, костюмы мы изготавливаем в фойе. Хранить их тоже пока негде, в результате каждый свободный угол театра у нас занят реквизитом. А ведь для его хранения нужен определенный температурный режим: чтобы вещи не отсыревали, не трескались и др. Можно сказать, нам повезло. На одном из спектаклей у нас побывал губернатор. Перед спектаклем он обошел театр, а потом сказал: театру нужна инфраструктура, дополнительные помещения. Так решился вопрос с будущей пристройкой. Мы об этом не просили. Мы об этом мечтали. А просить как-то не решались. А еще благодаря областной и городской поддержке у нас скоро будет малая сцена, чтобы ставить камерные спектакли — это для любителей маленьких уютных залов. Самостоятельно театру не выжить. Но важны не только деньги, но и чувство защищенности. У нас, к счастью, оно есть.

Беседовала Мария ПЕТРОВА

Газета «Наша Губерния»

Комментарии закрыты