Я очень противный актер

Я очень противный актер Он с равным успехом играет и комедию, и трагедию, и детские спектакли. И везде интересен и убедителен. Антон КУЗЬМЕНКО — один из самых за­метных актеров Мытищинского театра драмы и коме­дии «ФЭСТ», а с недавнего времени он еще и заслу­женный артист Московской области.

— Антон, вы из первого поколения артистов «ФЭСТа»?
— Первым поколением в нашем театре себя еще никто назвать не может. Агитбригада «ФЭСТа» недавно отмечала свое 35-летие. Я тогда еще не родился.
— Но вы успели поучиться на «ФЭСТе»?
— Я доучился до четвертого курса и, когда уже не смог совмещать учебу в институте с театром, ушел.
— Крутой вираж, родители не возражали?
— Время было такое смутное. Не очень было понятно, что делать. Перспектива не просматривалась. Так что родители мне не препятствовали.
— У вас никогда не было сомнения в правильности выбранной дороги?
— По крайней мере все остальное я делаю хуже.

— Вы очень разносторонний актер. Свое амплуа вы как-то определяете?
— Я больше характерный артист, чем герой-любовник. Мне приходится их играть постольку, поскольку других исполнителей, видимо, нет.
— Но и эти роли у вас хорошо получаются.
— Они мне мало приносят удовлетворения. Хорошего человека сыграть тяжело. У него — одна краска, и найти в этом какую-то прелесть, сделать положительный персонаж естественным — трудно. А вот характерные персонажи — противоречивые. Играть их доставляет большее удовольствие.
— Антон, вы много играете в детских спектаклях. Вам это интересно?
— У нас в театре нет разделения на актеров детских и взрослых спектаклей. У нас детских спектаклей больше, чем во многих московских театрах, и отношение к ним другое. Детская публика более требовательна, ее не обманешь и на чистой технике не проедешь. Приходится полностью себя отдавать.
— Есть роль, которую вы играете с особым удовольствием?
— На данный момент мне интересна роль Антонио в «Чуме на оба ваши дома». Юмор и ирония Григория Горина мне близки. Независимо от своих неудач и успехов я иронично отношусь к ситуации, и это меня спасает в трудные моменты.
— Работа над ролью вам дается тяжело?
— Я очень противный актер, и режиссеры это знают. Я приставучий, задаю вопросы, всегда пытаюсь понять замысел режиссера и то, что он хочет сказать. Сейчас, когда я стал повзрослей и поумней, я предлагаю режиссерам: либо я выполняю то, что от меня хотят, и ничего не спрашиваю, либо я должен знать все до конца. Тогда я могу думать, размышлять и сам что-то предлагать.
— А вам самому как лучше?
— Вникать. Вот Рената Соти-Риади — она поставила у нас четыре спектакля — режиссер яркой формы и другой школы. Мне с ней работать тяжело. То, что она предлагает, мне кажется непонятным и неоправданным, но полные залы на ее спектаклях показывают, что она права. Исходя из этого, я примирился с тем, что спектакли всякие нужны, режиссеры всякие важны.
— Есть режиссер, которого вы могли бы назвать «своим»?
— Игорь Шаповалов. Это тот человек, который меня привел в театр. Но и он не всегда выдерживает мои вопросы. На некоторые из них я ответы не получил до сих пор.
— В спектаклях «ФЭСТа» всегда много музыки и песен. Вы тоже поете?
— Напеваю. Я ярый противник музыкальных спектаклей в нашем театре. Я имею в виду то, что можно назвать мюзиклом. Вот спектакль «Под небом Парижа» я не люблю, но людям нравится, и я ничего поделать с этим не могу.
— А что бы вы хотели сыграть?
— Еще со времен института мне всегда была ближе западная драматургия психологического характера, например, Беккет. Но этот слой драматургии вряд ли будет затронут в нашем театре.
— Почему?
— Наш театр — семейный. В том смысле, что к нам ходят всей семьей, и это не специально проводится, а складывается по жизни.
— Вы предпочли бы что-то более элитарное?
— Да. Думаю, если у нас появится малая сцена, то можно будет ставить и такие экспериментальные спектакли.
— Видела вас как-то в кино и в рекламе.
— Наверняка в массовке. Любой человек может прийти на «Мосфильм». Сейчас работы так много, что можно всю жизнь сниматься в массовке.
— Но вы же профессиональный актер…
— А это никого не интересует. Нужны либо знакомства, либо везение, либо фактура. Моя — не настолько востребована. Что касается рекламы, то один режиссер профессионально мне заявил, что вся реклама, хотя снимается в России, делается по заказу западных рекламодателей. А заказчик хочет видеть на экране тот тип русского, который он себе представляет, то есть светловолосого и голубоглазого, что в нашем понятии ближе к шведам. Мне сказали: «Жди. Может быть, понадобишься, когда будут рекламировать очередную пиццу». Жду.

Беседовала А.УРАЛОВА
"Мытищи", 17 июля 2004 г.

http://yiv1999.narod.ru/Fest/FEST_List.htm

Комментарии закрыты