Павел Конивец: современный театр никому и ничему не задолжал — интервью порталу «Подмосковье»

Павел Конивец: современный театр никому и ничему не задолжал   интервью порталу ПодмосковьеПавел Конивец, заслуженный артист Московской области, служит в Мытищинском театре ФЭСТ с середины 1990-х. Ролей за это время сыграно множество, и каких — Лопахин, Чацкий, Фарятьев! Не так давно Павел попробовал себя и в роли режиссера, поставив авторский проект «мальчик примерный. ВЕСЕЛО». “Атмосфера” поговорила с артистом о службе в театре, самых любимых ролях и детстве, проведенном в Подмосковье.

Павел, почему вы решили связать свою жизнь с театром? Это была детская мечта или осознанное решение?

Нет, ни в детстве, ни в юности я о театре и не помышлял. Желание заниматься театром возникло позже. Так что, наверное, это решение можно считать осознанным. Рад, что все так вышло. Люблю театр как пространство – глубокое, чуткое, бесконечно интересное.

В театре ФЭСТ вы служите с 1995 года. Это большой срок. Какие роли вы можете назвать любимыми?

Да, действительно, это значительная часть жизни. Что касается ролей, конечно же, в большей степени интересно не то, что сыграно, а то, что играется. И до конца не разгадано. И неизвестно, будет ли разгадано вообще. Живая интрига всегда увлекательней. Так что интересно то, над чем думается, то, что происходит сейчас.

В данный момент это роль Чацкого, наша осенняя премьера. Идет живой процесс погружения, и это будоражит. Есть роли, которым я благодарен. Например, Рауль («Под небом Парижа») послужил прекрасным тренингом для обретения безграничной свободы и всевозможных проб, с Фарятьевым («Фантазии Фарятьева») пришло детальное понимание психологического рисунка.

В 2016 году вы выступили в качестве режиссера, поставив спектакль “мальчик примерный”. О чем этот спектакль? Как появилась идея его создания?

Для меня спектакль «мальчик примерный. ВЕСЕЛО» – это спектакль об утрате того непосредственного и бесстрашного ребенка, жаждущего потрогать, вскрыть окружающий мир. О постоянном его поиске, обретении того состояния, в котором было по-настоящему беспричинно ВЕСЕЛО. Весело уже от того, что ты есть.

Сначала было слово. То есть, появился текст. Надо сказать, он постоянно видоизменялся. Какое-то время он звучал монологом. Однако затем возникла счастливая идея играть вдвоем с Наташей, моей женой. Она исполняет роль того мальчика не примерного, смешного и удивительно обаятельного, тоска по которому и составляет смысл спектакля. Мне нравится, и это ценно для меня, то, что этот спектакль живой, процесс и поиск продолжаются, репетируем, думаем, стараясь достичь большей точности. Только немного жаль, что играть его достается не часто.

Ваша супруга Наталия Ларюнина — тоже актриса, и часто на сцене вы появляетесь вместе. Сложно ужиться в одной семье двум актерам?

Напротив, это очень помогает и взаимообогащает. По крайней мере, в нашем случае. У нас общий знаменатель, мы разделяем и участь, и интерес друг друга. Если бы вы знали, какое бесчисленное количество часов мы проводим в беседах о ремесле, об ориентирах в профессии, о жажде творчества и проч., и проч.! На самом деле и легко, и удобно, когда существует общее понимание, это значительно сокращает вступительные слова, на которые тратить свою жизнь жалко.

Летом 2019 года вы получили приз за лучшую мужскую роль на IX Международном фестивале камерных и моноспектаклей LUDI. Это было неожиданностью? С кем пришлось конкурировать на сцене?

Нас встретил замечательный прием и хозяев фестиваля, и зрительский. На устах одна лишь благодарность, было полнокровно и здорово. О конкуренции ничего сказать не могу, нам выпало увидеть не так много спектаклей (мы приезжали не на весь срок фестиваля, а на отпущенные нам 2-3 дня). Делали, что любим, и делали с удовольствием. Приз, конечно, был неожиданностью.

Каким, на ваш взгляд, должен быть современный театр? Какие вопросы он должен поднимать, чему учить, к каким душевным качествам аппелировать?

Не люблю слово “должен”. Думаю, было бы хорошо, если бы современный театр никому и ничему не задолжал. Это весьма ограничивает свободу. Что, само собой разумеется, не отменяет все находки и достижения традиции. Театр люблю живой, вибрирующий, самый разный, однозначно честный и тот, над которым думали. Пусть поднимает какие угодно вопросы: политики, религии, частной человеческой души. Боже упаси его при этом на эти вопросы стараться отвечать! Размашисто и высоко подняв голову. Театр, как мне представляется, это уверенное дело неуверенных людей. Не знающих, что правильно, и как надо. Это невероятно обаятельно! Потому что сама жизнь этого не ведает.

ФЭСТ часто выезжает на гастроли. Спектакли в российских городах принимаются так же тепло, как и в Подмосковье? Сильно ли отличается публика?

На моей памяти все больше благодарные приемы. Этакие, с любопытством. В городах, где театр не лишнее звено социума, публика, как правило, более образована. В смысле понимания, что есть театр, каким он бывает, и как к этому следует относиться. Публика, воспитанная телевидением, ждет и от театра привычных догм и интонаций. А где к тебе приходит и та, и другая совершенно не важно.

Вы родились в Сергиевом Посаде. Каким вы запомнили свой город детства? Часто ли бываете на своей малой родине?

У меня было прекрасное, полное любви, детство. И город, в котором оно прошло, конечно, полон всякого рода контекстов. Люблю город. Однако с семнадцати лет не живу в нем, наезжаю, что вносит коррективы в наши с городом отношения. В Сергиевом Посаде живут мои родители. Наведываюсь к ним. Хотелось бы делать это чаще, но уж как случается.

Елена Батракова
www.i-podmoskovie.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *